Непридуманные истории о войне: «Я даже не думал, что останусь жив»

Борис Иванович Вишневецкий
© Волжский.ру

Волжский.ру продолжает публиковать цикл интервью с волжанами-ветеранами ВОВ, приуроченные к 70-летней годовщине Победы. Эти непридуманные истории – истории своей жизни – нам рассказывают сами очевидцы Великой войны и такой же Великой победы.

Наш сегодняшний гость – волжанин, ветеран ВОВ, участник боевых действий под Сталинградом Борис Иванович Вишневецкий. В свои 96 лет Борис Иванович читает без очков, выходит из дома по самым разным делам, он в курсе всех событий, которые происходят в городе и в сфере ЖКХ.

Он немало повидал на своем веку, и ему есть, чем поделиться со своими потомками. Вспоминать те страшные дни и словно переживать их заново, Борису Ивановичу сегодня особенно тяжело. Но он должен – ведь о его подвиге так необходимо рассказывать новому, подрастающему поколению.

– Я – коренной сталинградец, родился в Ворошиловском районе, – начинает свой рассказ Борис Иванович. – Когда началась война, то я должен был вернуться из армии, но не успел демобилизоваться. Во время боевых действий я служил в пехоте-матушке и дослужился до старшего сержанта. В конце лета 42-го года получил под Сталинградом легкое ранение. Легкое – потому что настоящие испытания ждали меня еще впереди.

Как-то раз мы лежали в окопе, и мой командир отдал приказ: поднять солдат в атаку. Он тогда говорил мне: «Погибнешь – наградят посмертно, а ранят – сделают всё, чтобы спасти». Я понимал, на что шёл, и даже не думал, что останусь жив.

После победы советских войск под Сталинградом 2 февраля 1943-го, Бориса Ивановича перебросили под Воронеж. А дальше – на Курск, где предстояло знаменитое сражение. Но до «Курской дуги» ему было не суждено дойти: примерно за 150 километров до нее, в поселке Солнечный, Борис Иванович получил тяжелейшее ранение. А случилось это так.

– Как-то раз мы лежали в окопе, и мой командир отдал приказ: поднять солдат в атаку, – с болью в сердце вспоминает наш собеседник. – Он тогда говорил мне: «Погибнешь – наградят посмертно, а ранят – сделают всё, чтобы спасти». Я понимал, на что шёл, и даже не думал, что останусь жив. Но выбора-то не было. И только я вскочил с криком: «За Сталина! За Родину!», как тут же меня «скосило» выстрелом снайпера. Отвоевался… Но наши солдаты поднялись и пошли в атаку – задачу я выполнил.

Интервью к 70-летию Победы в ВОВ. Те, кто поднимал солдат в атаку: Борис Иванович Вишневецкий

Борис Иванович получил тяжелейшее ранение в бедро, друг унес его с поля боя. Шансов сохранить ногу практически не было. Но когда до ампутации оставались считанные минуты, в палату вошел начальник сануправления армии и запретил медикам «отнимать» ногу.

– Отставить! Организм молодой, сам может перебороть, – Борис Иванович запомнил те слова, спасшие ему ногу, на всю жизнь.

Почти две недели он был где-то на грани между жизнью и смертью: никаких лекарств тогда не давали. Только – стакан водки. Как вспоминает Борис Иванович, тогда все думали, что с ним «дело кончено». Но на 13-й день он стал поправляться и получать положенные маленькие порции еды – бульон и сухарик.

Восстановление после ранения было очень долгим. А когда пришло время отправляться дальше, в Ульяновск, то его чудом посадили в 3-й эшелон: первые два прямо в пути вскоре разбомбили немцы. И снова Борису Ивановичу повезло – говорит, «родился в рубашке».

О том, какой ценой далась та Великая Победа, Борис Иванович с глубокой скорбью подтверждает: бесчисленными потерями.

– Поначалу-то мы, конечно говорили, что чуть ли не «шапками закидаем немцев», – вспоминает Борис Иванович. – Но наша техника была далеко не такой сильной, как хотелось бы. Говорить стыдно, но мы были не подготовлены к войне. Немец прошёл всю Европу. А мы – что? Поэтому часто отступали и теряли людей.

Сегодня на груди Бориса Ивановича – огромное количество наград и медалей. Самые ценные среди них за тот бессмертный подвиг – медали «За оборону Сталинграда», «За боевые заслуги», Орден Отечественной войны 1-й степени, медали Жукова и Сталина. Кстати, с некоторыми военачальниками – например, с Жуковым и Ворошиловым – Борис Иванович даже был знаком лично.

Поначалу-то мы, конечно говорили, что чуть ли не «шапками закидаем немцев». Но наша техника была далеко не такой сильной, как хотелось бы. Немец прошёл всю Европу. А мы – что? Поэтому наши войска часто отступали и теряли людей.

После долгожданного возвращения в Сталинград, его судьба еще не раз могла круто измениться. Но в последний момент провидение снова и снова оставляло его в родном городе.

– С работой мне везло, – вспоминает Борис Иванович. – Начинал, как многие тогда, с рабочего. Сначала – на Красном Октябре, потом на «Волгоградгидрострое», позже был «первым» у директора на бетонном заводе и первостроителем города.

Но везде и всегда – на ответственных должностях, при руководстве. Борис Иванович работал лично с Логиновым, был его «глазами и ушами». И даже строил тот самый «цветок» на кольце у Стимула, который однажды упал. Тогда, как сегодня вспоминает Борис Иванович, их подняли ночью и заставили срочно восстанавливать монумент к утру.

Сегодня, спустя годы после того, как не стало супруги, рядом с Борисом Ивановичем – снова близкий и родной человек. Свою спутницу жизни ему посчастливилось встретить 9 лет назад, и с тех пор она оберегает его от всех бед, называя не иначе, как «единственным и неповторимым». А к 70-летию Победы у Бориса Ивановича даже куплен новый костюм: 9 мая он собирается на свой главный праздник в году – Парад в честь Великой Победы.