В Волжском риэлторы продали квартиру с ребенком «в подарок»

Четырехкомнатная квартира «ушла» за 1,5 миллиона рублей. Неужели к нам вернулись «девяностые», и в городе завелись «черные риэлторы»?

В редакцию Волжский.ру обратилась волжанка Ольга Суркова, которая поведала нам историю о деятельности якобы «черных риэлторов». Несколько лет назад вместе с мужем Сергеем Ольга стала опекуном 9-месячной малышки Полины. Ее мать была лишена родительских прав, в том числе и за жестокое обращение с ребенком. В июне этого года Поле исполнится 5 лет. Она уже отлично «обосновалась» в своей семье. Приемные мама и папа души не чают в своей малышке.

Однако семейный покой нарушила весьма интригующая история. В апреле 2012 года, семья узнала, что биологическая мама Полины – 25-летняя Анастасия – собирается продавать 4-комнатную квартиру в Волжском, в которой прописана Поля.

Настя осталась единственной наследницей жилья. В 2009 году один за другим умерли бабушка и дедушка Анастасии, которые проживали в данной квартире. А в начале ноября 2012 года из нее выписался еще один гражданин, не проживающий по этому адресу.

Позже Анастасия напишет заявление в полицию, где просит провести проверку в отношении женщины-риэлтора: «Когда у меня образовались большие долги за квартиру и алименты, у меня дома появилась якобы подруга моей умершей матери, которая стала настойчиво предлагать услуги знакомого ей риэлтора, чтобы поменять принадлежащую мне квартиру на меньшую по площади и оплатить все долги. (…) В результате всех действий риэлтора я осталась без жилья, денег, моя несовершеннолетняя дочь – без квартиры». Настя утверждает, что после сделки осталась без прописки. А «риэлторы» привезли ее в общежитие, в комнатушку площадью чуть более 6 кв.м.

Эта комната досталась Насте взамен 4-комнатной квартиры

В УМВД заявление девушки приняли. Но позже отказали в возбуждении уголовного дела «в связи с отсутствием события преступления». Не мудрено. Ведь, когда только риэлторы стали наведываться к Насте, о помощи избавиться от них она ни у кого не просила, все документы беспрекословно подписывала.

Поэтому правдивость жалобы Насти мы подтвердить не можем. Однако есть один неопровержимый факт: 4-комнатная квартира в 16 микрорайоне города Волжского была продана всего за 1,5 миллиона рублей, да еще и с малолетним ребенком «в придачу». Добавим, что в среднем по городу цена этой квартире намного выше.

На фото: Анастасия перебивается случайными заработками

Ольга Суркова рассказала, что всеми силами пыталась предотвратить продажу квартиры, стучась во все инстанции. Почти на 2 месяца Настя пропала, о ее месте нахождения ничего не было известно. Ольга даже подала в розыск.

Естественно, опекуны были против продажи квартиры. Ведь по наследству от горе-мамаши, лишенной родительских прав, жилье должно было достаться Полине. Более того, девочка прописана там. А это означало, что без согласия органов опеки продавать квартиру было запрещено.

Кроме того, судебные приставы наложили на жилье арест. Анастасия уже задолжала своей дочери порядка 219 тысяч рублей алиментов на июнь 2012 года, плюс результаты судов опекуна – 30 тысяч рублей морального вреда за жестокое обращение с ребенком, и 220 тысяч неустойки за несвоевременную уплату алиментов. Итого по исполнительным листам судебных приставов долг за Анастасией числился не малый - 469 тысяч рублей на июнь 2012 года.

Казалось бы, поводов для беспокойств нет: арестованную квартиру, да еще и с прописанным в ней опекаемым ребенком продать нельзя, денег на погашение долгов у Насти нет. Однако Анастасия неожиданно выплачивает нереальную для нее сумму денег. Квартира тут же снимается с ареста. И через 5 дней – продается. Новым владельцем ее становится 22-летний волжанин.

В январе этого года он подает в суд с требованием выписать из квартиры 4-летнюю Полину. Суд первой инстанции его иск удовлетворяет. К счастью, у малышки есть любящие мама и папа (официально – опекуны), а значит – и дом. Однако, когда Поле исполнится 18 лет, она будет вправе получить собственную квартиру. Получается, что обманутой осталась не столько ее горе-мамаша, сколько государство. Ведь именно оно будет обязано через несколько лет предоставить Полине жилье. Хотя, собственно, и на щедроты государства в нашей стране рассчитывать особо не стоит.

Между тем, Ольга Суркова не устает писать обращения во все возможные инстанции: в администрацию Волжского, к уполномоченному по правам ребенка в Волгоградской области, прокуратуру и др. Изначально от прокуратуры был получен ответ, что «сделка была совершена с соблюдением требований действующего законодательства». Однако сейчас, как нам сообщили в прокуратуре, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами (вышеописанное заявление Анастасии в полицию), проводится дополнительная проверка.

Ольга обжаловала решение городского суда, по которому Полину признали утратившей право проживания. Завтра апелляцию рассмотрят в облсуде. Кроме того, женщина обратилась в суд с просьбой признать договор купли-продажи недействительным. Суд первой инстанции вынес решение – в иске отказать. Однако Ольга не намерена сдаваться. Тем более, о ситуации уже известно не только в министерстве образования Волгоградской области, но и в Москве: 13 апреля жалоба прибыла по месту вручения уполномоченного по правам ребенка при Президенте России.

Можно ли было продавать квартиру, где прописан опекаемый ребенок? Была ли вправе «опека» отказать в согласии на продажу, или нет? Эти вопросы мы собирались задать начальнику отдела опеки и попечительства Волжского Андрею Попову. Может, зря опекуны Сурковы решили, что правда на их стороне? Однако Андрей Григорьевич отказался Волжский.ру комментировать эту ситуацию…

Мы будет следить за развитием событий этой истории.

Отображение старых комментариев отключено в целях вашей и нашей безопасности.